Война против демократического процесса

По всему миру идет война против демократического процесса; эта война создает в конечном итоге большую угрозу, чем бомбы и пули воинствующего ислама.

Однако одно тесно связано с другим, по крайней мере, сейчас.

Во всем мире применяется одна и та же схема наступления: всенародно избранный лидер пользуется своими полномочиями, чтобы обеспечить себе неограниченное пребывание у власти и создать социалистический / коммунистический режим, сотрудничающий с аналогичными правительствами; урезается свобода прессы, свобода выражения подавляется при помощи воинствующих молодежных группировок, криминализуется вся сколько-нибудь значимая оппозиция.

Самым очевидным примером этого извращения демократического процесса является самодовольный латиноамериканский коммунист Уго Чавес, президент богатой нефтью Венесуэлы. Чавес, называющий себя последователем давно покойного лидера большевистской революции Льва Троцкого, воспользовался своей победой на выборах 1998 г. для создания неокоммунистической диктатуры.

Чавес контролирует большинство СМИ и использует молодежную группировку под названием ‘боливарский кружок’ для запугивания тех, кто протестует против его режима. Чавес криминализовал оппозицию и вынуждает политиков, офицеров армии, лидеров бизнеса и руководителей нефтяных компаний искать убежища за пределами Венесуэлы.

Открытая война против капитализма

Ведя открытую войну против капитализма, Чавес национализировал все крупнейшие коммерческие и финансовые институты своей страны.

Аналогичную программу притеснений претворяют в жизнь и сторонники Чавеса, пришедшие к власти в Боливии и Эквадоре. Марксистский тоталитаризм в версии Чавеса, известный как ‘Chavizmo’, является мощной политической силой в масштабах всей Латинской Америки. Билл Эйерс (Bill Ayers), американский ‘педагог’, политический активист, одним из первых поддержавший Обаму, — ярый сторонник режима Чавеса.

Пока только Гондурас сумел приостановить марш ‘Chavismo’ и его процесс ‘от выборов к диктатуре’.

Сегодняшняя Россия также пользуется выборами для закрепления однопартийной системы. Мир удивлялся проявлениям общественной свободы, когда в 1991 г. рушился Советский Союз. Однако к середине 1990-х годов коммунисты вновь вошли в правительство Бориса Ельцина, а в 1999 г. Ельцин назначил бывшего сотрудника КГБ Владимира Путина своим премьер-министром и фактическим преемником.

Назначение Путина прошло при поддержке неожиданно возникшей хорошо организованной, хорошо финансируемой прокремлевской партии и было закреплено фальсифицированными выборами. После победы на выборах Путин немедленно приступил к постепенному удушению российских СМИ. Притеснения, начавшиеся в России, включали в себя убийства противников Кремля — по всей видимости, ни один из убийц так и не был найден.

Даже убежище в другой стране не означало безопасности для критиков московской элиты.

23 ноября 2006 г. Александр Литвиненко, бывший офицер государственной безопасности (КГБ и его преемницы ФСБ) погиб в Лондоне от отравления радиоактивным полонием-210. Литвиненко обвинял Кремль в организации взрывов жилых домов в Москве, послуживших предлогом для начала второй чеченской войны.

Правительство нынешнего президента России Дмитрия Медведева большей частью унаследовало политику путинской эпохи. В конце мая Медведев создал комиссию по противодействию ‘фальсификации’ истории, что означает, что Кремль будет диктовать официальную версию прошлого России, особенно, советской. Мало того, что совершаются нападки на критиков сегодняшней политики — в опасности находятся и те, кто не придерживается ‘верного’ взгляда на российское прошлое.

После недавнего визита в Москву президента США Барака Обамы Медведев и Обама создали совместную комиссию по укреплению двусторонних отношений и ‘демократических ценностей’ между Соединенными Штатами и Россией. Одним из членов этой комиссии Медведев назначил Владислава Суркова, которого правозащитники порицают за его теорию ‘управляемой демократии’, согласно которой правящая элита должна ‘руководить’ демократическим процессом.

В Соединенных Штатах модель, уже зафиксированная в Латинской Америке и России, начинает проявляться после избрания Обамы и перехода Палаты представителей и Сената под контроль демократов.

Сегодня разрабатываются законы об ограничении свободы слова, подтасовки результатов голосования, устроенные активистами из лагеря Обамы, угрожают честности избирательного процесса, а новый генеральный прокурор Эрик Холдер (Eric Holder) может возбудить уголовные дела против бывших членов администрации Джорджа Буша. Впервые в истории американская статистика будет находиться под политическим контролем Белого дома.

Имеют место попытки создания военизированных молодежных группировок в поддержку Обамы и существует движение за отмену 22-й поправки к Конституции, которая позволила бы Обаме находиться у власти более двух сроков подряд. Ни тому, ни другому СМИ не уделили достаточного внимания.

На фоне попыток заставить замолчать голоса политической оппозиции федеральное правительство усиливает свое присутствие в коммерческой и финансовой жизни Соединенных Штатов, предоставляя значительные займы компаниям или напрямую приобретая прежде частные корпорации.

Администрация Обамы и элита Демократической партии упорствуют в своем заблуждении, согласно которому государственное вмешательство более эффективно, чем силы рынка, обеспечивает экономическую стабильность и благосостояние.

Америка столкнулась с очень серьезным политическим вызовом. Теперь, когда исполнительная и законодательная власть находится в руках одной партии, вопрос состоит в том, как поведут себя демократы: будут ли они стремиться увековечить свою власть, пойдя по стопам Чавеса и московской элиты, или же не отступятся от норм Конституции, следовать которой они торжественно клялись, и демократических традиций, священных для большинства избирателей.

На чашу весов брошено будущее Америки.

ОПРОС: Демократия — это хорошо?